naval_manual (naval_manual) wrote,
naval_manual
naval_manual

Categories:

Пополнение библиотеки: манифест русского навализма

Известное дело: мемы склонны мутировать при переносе из одной головы в другую. Человечество потратило немало сил для того, чтобы лишить мемы этого свойства. Больше других преуспели математики, физики и чиновники международной федерации футбола - однако  в целом успехи были довольно скромными. И это хорошо, поскольку склонность мемов к мутации есть фундамент прогресса человеческой мысли.

Сказанное, разумеется, относится и к столь сложной идеологии, как навализм. Годного определения оного я с ходу не нашёл, сам бы определил навализм как учение о решающей роли морской силы в судьбах народов. Навализм в первую очередь ассоциируется с именем Альфред. И нет ничего случайного в том, что великий (я это говорю без какой-либо иронии) историк Пол Кеннеди в книге о британском морском могуществе определил навализм именно через работы Мэхэна. Цитирую:

Whether or not one agrees with his interpretation that great power rivalries between 1660 and 1815 had their outcome decided chiefly by maritime campaigns is less important at this stage than an understanding of the strategical and political implications for the future which emerged from his writings, or were in some cases read into his publications by his enthusiastic but one-sided followers. From these work one gained impression that large battlefleets, and a concentration of force, decided control of the oceans, whereas a guerre de course strategy was always ineffectual; that the blockade was a very effective weapon which would sooner or later bring an enemy to its knees; that the possession of select bases on island or continental peripheries was more valuable than control of large land masses; that overseas colonies were vital for a nation's prosperity and that colonial trade was the most treasured commerce of all; that 'travel and traffic by water have always been easier and cheaper than by land'; that an island nation, resting secure upon its naval might, could with impunity ignore the struggles of land powers and adopt if necessary isolationist policy; and that the rise of a country to world greatness without sea power was almost unthinkable. Taken together, they formed the basic tenets of the pre-1914 navalist philosophy, much of which endured well past that particular epoch; it centered upon belief that sea power had been more influential than land power in the past and would always continue to do so.

[Очень примерный перевод]

Вне зависимости от того, согласен кто-то или нет с данной им интерпретацией - исход конфликтов великих держав между 1660 и 1815 гг. определялся главным образом морскими кампаниями - на [данном историческом] этапе это было менее важно, чем стратегические и политические выводы для будущего, которые вытекали из его работы, или которые вычитывали там его восторженные, но ограниченные последователи. Эти работы создавали впечатление, что большие линейные флоты и концентрация сил играют решающую роль в контроле над океанами, в то время как guerre de course всегда безрезультатна; что блокада есть очень эффективное оружие, которое рано или поздно поставит врага на колени; что владение отдельными базами на островах или континентальной переферии более ценно чем контроль над большими массами суши; что заморские колонии жизненно необходимы для национального процветания, а колониальная торговля есть самый прибыльный вид торговли; что "передвижение и перевозка грузов по моря всегда будут легче и дешевле, чем по суше"; что островное государство, спокойно опираясь на свою морскую мощь, могло безнаказанно игнорировать столкновения сухопутных держав и принимать, если нужно, изоляционистскую политику; и что восхождение страны к мировому величию без морской мощи немыслимо. Все вместе, эти положения составляли базовые скрепы навалистской философии до 1914 г., многие из которых пережили эту эполху; и центральным положением этой философии была уверенность в том, что морская мощь в прошлом была более влиятельной, чем мощь сухопутная - и всегда будет таковой.

Принять такого рода концепцию, не добавив к ней национального колорита, попросту невозможно - более того, при всём величии Кеннеди, и ему не удалось дать общей картины, поскольку включённое в перечень упоминание о позиции островной державы было принципиально важным только для британцев. Навализм мутировал даже при переносе между США и Великобританией, или между США и Японией - ну а при переносе на континентальную почву мутации были куда как более значительные. Для жителя континента вообще, и для нашего соотечественника в особенности финальное положение было неприемлемым - в первую очередь эмоционально.

Сегодня я добавил в библиотеку книгу Б.Б. Жерве "Значение морской силы для государства" - большое спасибо за находку и наводку ув. timokhin_a_a. Книга эта, как таковая, по предмету, есть книга навалистская. Она была написана и издана в 1922 г., Россия была уже Советской, но я всё же рискну отнести произведение Жерве к русскому, т.е. дореволюционному навализму - это был и манифест, и последний вздох оного. Её очень полезно читать с "перечнем Кеннеди" в руках, отмечая, что у Жерве есть - а чего нет. Я процитрую ключевой, на мой взгляд, момент. В заключении второй главы книги, "Основные задачи морской силы государства", Жерве пишет:

Подводя теперь итоги всему нами сказанному относительно задач, которые способна выполнять, во время войны, морская сила, мы придём к следующим заключениям:

1. Только морская сила способна обеспечить государству, во время войны, морские сообщения с внешним миром и со своими заморскими владениями, и прервать таковые же сообщения своего противника. Военное могущество большей части современных государств в значительной степени зависит от сохранения, во время войны, морских сообщений с внешним миром, откуда следует, что морская сила способна защитить один из важных источников военного могущества своего государства и нанести сокрушительный удар по важной части военного могущества своего противника.

2. Только морская сила может обеспечить морское побережье своего государства от неприятельского десанта и, наоборот, предоставляет возможность своим войскам высадиться на неприятельское побережье.

3. Морская сила способна оказывать значительную помощь своей армии, помогая ей обходить упёртый в море фланг её противника; перебрасывая её части через море в тыл противника и обеспечивая доставку морем снабжения, необходимого для армии.


Пунты 2 и 3 не относятся к перечню Кеннеди. Но, прежде чем перейти к обсуждению этого важного отличия, обратимся к другому отечественному тексту. В библиотеку я сегодня добавил ещё одну ссылку - на работу Н.Л. Кладо "Значение флота в ряду военных средств государства". Этот текст, в несколько сокращённом виде, есть в сборнике "Военно-морская идея России", который мы уже упоминали, но он вполне заслуживает того, чтобы удостоиться персональной гиперссылки.

Сопоставление текстов Кладо и Жерве интересно и с точки зрения меметики (Жерве был учеником Кладо в самом прямом, формальном смысле - он был слушателем академии в то время, когда Кладо там преподавал), и с точки зрения судеб отечественного навализма. В книге Кладо нет строгого перечня, как у Жерве, поэтому процитирую кажущееся мне ключевым, из первого раздела. Диссонансс с финальным аккордом этюда Кеннеди режет уши:

..непосредственно и окончательно всякий вопрос, разрешаемый с оружием в руках, в огромном большинстве случаев решает сухопутная военная сила. Единственный случай, когда дело может обойтись совсем без этой силы, — это когда воюющие государства не имеют общей сухопутной границы, и то лишь при некоторых исключительных условиях, в которых находятся одно или оба государства.

Поэтому весь вопрос о значении для государства морской силы выливается в исследование почти исключительно о том, насколько флот может способствовать деятельности своей армии и мешать деятельности армии противника, и о том, что выгоднее для государства — увеличивать ли до посильных для него пределов лишь мощь армии, или распределить эту мощь в известной комбинации между сухопутной и морской силой?
...
Непосредственное назначение морской силы, по объекту – сломить военную силу противника и посредством этого или защитить воды, омывающие берега государства, от покушений на завладение ими со стороны неприятельской морской силы, или завладеть водами, омывающими берега противника.
...
Владение морем не только обеспечивает свои берега от вторжения неприятельской сухопутной силы и открывает путь своей сухопутной силе для вторжения со стороны моря на территорию неприятеля, но оно обеспечивает возможность сообщения во время войны со всем миром, со всеми остальными государствами, союзными и нейтральными, и отнимает эту возможность от противника. Вот эта задача почти недоступна сухопутной силе, а потому ею и не преследуется.
...
...свобода морских сообщений и в военное время играет огромную роль. Едва ли какое-нибудь государство может найти у себя все средства, необходимые ему для ведения войны. Или, если это государство промышленное, ему не хватит продовольствия, или, если оно земледельческое, не хватит каких-нибудь произведений техники. И даже если бы все это и нашлось в достаточном количестве у себя, свобода сообщений с другими государствами дает во время войны свободу торговли, а это в значительной мере способствует устойчивости финансового положения, что в свою очередь представляет огромную важность во время войны. А кроме того, вследствие дешевизны и удобства морской перевозки, по сравнению с сухопутной, огромная часть торговли всякого государства идет морем. На что уже Россия считается страной континентальной, притом часть ее морей замерзает на значительное время года, и все-таки около трех четвертей ее торговли идет морем. Через моря дышат государства, и потому-то свобода морских сообщений имеет такое огромное значение, которое еще увеличивается во время войны.
...
Таким образом, как при наступлении, так и при обороне, владеющий морем флот дает свободу действий своей армии и отнимает эту свободу действий у армии противника.

Соединяя это с выведенным выше положением, что такой флот увеличивает численность своей армии и уменьшает численность армии противника, мы придем к выводу, что владеющий морем флот вливает силу в свою армию и обессиливает армию противника.


Между текстами Жерве и Кладо есть весьма примечательное отличие: первый, писавший в 1922 г., уделяет куда как большее внимание "универсальному навализму", и на первое место ставит обеспечение морских сообщений - у Кладо же, работавшего в 1910 г., оно возникает "между делом". Важнее, впрочем, сходства. Для Кладо главной, а для Жерве существенной оказывается способность морской силы содействовать армии. И это, рискну утверждать, есть корневая идея русского навализма.

И здесь мы сталкиваемся с интересной, и отчасти парадоксальной, особенностью морской мысли. Идеи Жерве и Кладо, разумеется, выглядят более взвешенными, чем радикализм, приписываемый навалистам Полом Кеннеди. В конце концов, в величайшей морской войне в истории человечества - войне на Тихом океане в 1941-1945 гг. - практически всё крутилось вокруг способности двух противоборствующих флотов обеспечить действия своей армии.

Парадокс же в данном случае в том, что разумная, верная в смысле отражения реального положения дел идея о влиянии флота на ход борьбы на суше содержит в себе идею для флота губительную. Буквальное восприятие этой идеи, в сочетании с буквальным восприятием другой вполне верной вроде бы идеи - о необходимости единой стратегии применения вооружённых сил в войне - ведёт к идее, вреднее которой нет на свете, к идее о подчинении флота армии. Это подчинение может быть формальным, организационным, или идейным, через определение задачи содействия армии как основной - но оно всегда ведёт к деградации флота. Именно это, как мы знаем, и случилось с отечественным флотом в 20-х и 30-х годах XX века.

И отсюда следует, что ведомственный философ должен быть радикалом. Пределы ведомственному радикализму должны быть установлены извне - высшим политическим руководством, которое должно, следовательно, пользоваться иной философией. Любая попытка компромисса, попытка взвешенного подхода в ведомственной войне - а Кладо шёл на компромисс, думаю, сознательно - приведёт к тому, что другое ведомство воспользуется этим компромиссом как поводом для продвижения своего радикализма. Таким вот образом. Нельзя просто так взять и принять Мэхэна. Нельзя, а надо.
Tags: Мэхэн, почитать, теория
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Макаров и бабочка

    Фантастические теории. Во вторник была годовщина гибели С.О. Макарова, В.В. Верещагина и сотен русских моряков. Все они стали жертвой дьявольского…

  • Европа первым делом

    Хорошая альтернатива. Тут вот, с одной стороны, ув. pls_1965 выложил очень любопытную схему "второго периода" первой фазы…

  • Пополнение библиотеки: стимпанк и современность

    Что-то новенькое. Добавил в библиотеку статью Мэттью Аллена " The Deployment of Untried Technology: British Naval Tactics in the Ironclad…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 88 comments

Recent Posts from This Journal

  • Макаров и бабочка

    Фантастические теории. Во вторник была годовщина гибели С.О. Макарова, В.В. Верещагина и сотен русских моряков. Все они стали жертвой дьявольского…

  • Европа первым делом

    Хорошая альтернатива. Тут вот, с одной стороны, ув. pls_1965 выложил очень любопытную схему "второго периода" первой фазы…

  • Пополнение библиотеки: стимпанк и современность

    Что-то новенькое. Добавил в библиотеку статью Мэттью Аллена " The Deployment of Untried Technology: British Naval Tactics in the Ironclad…