naval_manual (naval_manual) wrote,
naval_manual
naval_manual

Categories:

Русско-японская: версия учительницы и версия офицера

Немного достоевщины.

Вопрос о причине неудач русского флота в войне с Японией по-прежнему будоражит лучшие умы Отечества. Лишним подтверждением тому стали плодотворные дискуссии, прошедшие в наших каментах на прошлой неделе. По ходу дискуссий как минимум дважды прозвучал такой вопрос: "если не "системный кризис", то что?".

Буквальный ответ на этот вопрос звучит так - всё, что угодно. Системное объяснение пусто по своей сути (но не стоит путать объяснение системное с объяснением организационным). Ответить не буквально, переходя ко второй части вопроса, используя короткую и ёмкую формулировку, сложно. При этом кодекс интеллигента как бы даже и требует начинать с "это сложный вопрос, тут в двух словах не объяснишь".

С другой стороны, история как общественный институт, живущий на общественные деньги, существует как раз для того, чтобы давать краткие и убедительные ответы на самые сложные вопросы о прошлом. Ответы могут быть двух типов. Первые должны унять досужий ум, чтобы общество по воскресеньям не мучилось вопросом "как же так вышло?" и не впадало во вселенское отчаяние. Вторые должны толкать к созиданию ум профессиональный, превращая картины тёмного прошлого в чертежи для обустройства светлого будущего.

Эти два типа ответов можно назвать "версией учительницы" (в общем случае) и "версией офицера" (тогда, когда речь идёт о военной истории). Попытка сформулировать такие версии представляется упражнением достаточно интересным и даже полезным. Но, прежде чем подойти к снаряду, я сделаю несколько предварительных замечаний - и начну с творчества Ф.М. Достоевского.


Принцип процентщицы

Как мог бы выглядеть ответ на вопрос о том, что послужило причиной смерти Алёны Ивановны? Удар топором? Безумие Раскольникова? Бедственное положение студенчества? Каждый ответ по-своему верен. Эти ответы друг другу отнюдь не противоречат - напротив, дополняют. И - формируют потенциально бесконечную причинно-следственную цепочку, оборвать которую можно лишь произвольно.

Однако можно задать иной вопрос: что должна была делать процентщица, чтобы остаться в живых? Поиск конкретных ответов оставлю воображению читателя. В любом случае, контроль за сознанием Раскольникова или улучшение положения студенчества были за пределами возможностей старушки. И цепочки, формирующиеся при ответе на новый вопрос, будут автоматически обрываться при выходе за известные заранее пределы.

По этому принципу, полагаю, и следует строить военно-историческое исследование. Пока обсуждение действий и решений остаётся в "зоне ответственности" структуры, о которой идёт речь - всё в порядке. Если цепочка выходит за границы, надо останавливаться. И либо строить другую цепочку, либо делать вывод о том, что структура как таковая не при чём.

Уточнение формулировок

Другим необходимым условием успеха является чёткая формулировка вопроса, на который хочется ответить. Это само по себе не новость, но в применении к нашей сегодняшней теме особенно важно. Вопросы типа "почему русский флот ничего не показал?" к рассмотрению приниматься не должны - потому, что русский флот в той войне неоднократно добивался успехов. На вопросы категории "почему русский флот был хуже японского?" так же не стоит тратить время.

Куда как более интересным является вопрос "в чём русский флот оказался хуже японского?" Здесь уже стоит задуматься, но, опять же, необходимо проявить осторожность. Принимаемое многими как данность "русские хуже стреляли", вообще говоря, неверно. Результат стрельбы русских был хуже во всех крупных артиллерийских боях - это верно. Но это, само по себе, не доказывает, что русские артиллеристы были хуже подготовлены, а русские методы стрельбы остались в прошлом веке.

Иными словами, нужно отталкиваться от твёрдо установленных фактов. Один из них таков: русский флот не выиграл ни одного эскадренного сражения. Вопрос "почему?" в таком случае правомерен и не страдает имплицитными изъянами. Вот на нём и потренируемся.

Причина No.1

Анализ любого сражения следует начинать с соотношения сил. Это потрясающее открытие сделал много-много лет назад генерал Клаузевиц. За прошедшее время оно, как любое великое открытие, перешло в разряд "оно и понятно" - а затем было забыто. Вопрос о соотношении сил очень редко становится центральным в обсуждении результатов русско-японской войны на море. Именно поэтому я считаю возможным повториться - при том, что писал об этом в предыдущем сообщении.

С анализа соотношения сил необходима начинать - и им же зачастую можно заканчивать. Победа сильнейшего является ожидаемым результатом при прочих равных. Если итоговый "счёт" - соотношение потерь, оперативные результаты - не противоречит интуитивному ожиданию, то и подробный тактический разбор, скорее всего, не даст существенных результатов в смысле определения причины исхода, хотя и может оказаться занятием интересным и полезным в других смыслах.

Так вот, во всех эскадренных боях превосходство в силах было на стороне японцев. И итоговый счёт как минимум трёх сражений - Порт-Артур, Шантунг, Ульсан - на мой взгляд, отнюдь не выходит за пределы ожидаемого. Цусима - всё же, особый случай. Из этого следует, что поиск причин поражений прежде всего следует вести на оперативном и стратегическом уровне, а Цусима становится точкой приложения архимедова рычага. Теперь - слайды.

Версия учительницы

Эта версия предполагает ответ, адресованный человеку, знакомому с проблемой поверхностно или вообще не знакомому. Например, старшекласснику на уроке истории. Звучит эта версия так: "японцы били русский флот потому, что ударили первыми".

Этот вариант хорош - в смысле соответствия целям существования "истории" как общественного института - по двум причинам. Во-первых, в этой трактовке нет обидных для патриотического чувства интонаций. Что способствует принятию трактовки массами. Во-вторых, эта трактовка во многом верна.

Строится она, как ни странно, задом наперёд - от Цусимы, последнего сражения войны, к событиям 27 января/9 февраля 1904 г. Строится по несколько упрощённой схеме. Итак:

Цусимское сражение состоялось при невыгодном для нашего флота соотношении сил и в очень невыгодной оперативной обстановке. Последнее было необходимым условием превращения ожидаемого поражения в неожиданный разгром. При этом и соотношение сил, и оперативная обстановка определялись результатами кампании 1904 г. Без них Цусима была невозможна - в том виде, в котором мы её знаем.

Ключевыми событиями кампании 1904 г. были бои при Ульсане и Шантунге. Первый был прямым следствием второго - и при Ульсане закончилась активная работа единственного успешного русского соединения.

Бой при Шантунге, в свою очередь, так же проходил в невыгодной для русских обстановке. Ключевым моментом в бою стал развал управления нашей эскадрой - но случилось это потому, что управление эскадрой было дезорганизовано задолго до боя. Витгефт был "случайным" командующим, он не имел надёжной связи с высшим командованием, он был поставлен перед задачей, которую считал невыполнимой - и которую считали таковой многие его подчиненные. Единства мысли в такой ситуации быть не могло - поэтому эскадра и развалилась после выхода "Цесаревича" из строя.

Дезорганизация управления 1ТОЭ - прямое следствие гибели Макарова и последовавшей вскоре после этого блокады Порт-Артура. Слово "вскоре" важно: Скрыдлов в Порт-Артур не успел чуть-чуть. "Вскоре" же случилось потому, что Корею японцы заняли быстрее, чем рассчитывали, из-за отсутствия противодействия русского флота. Противодействие отсутствовало из-за невыгодного соотношения сил и потому, что японцы владели инициативой. Те же обстоятельства обусловили гибель Макарова. А соотношение сил было столь невыгодным и инициативой японцы владели во многом потому, что ударили первыми.

Здесь стоит сделать важное замечание: поскольку все ключевые русские поражения были тесно увязаны, постольку теряет силу "системный" аргумент "проиграли все и всё - значит, всё и все были плохи". Эта логика в данном случае неприменима, или применима слабо, поскольку сражения не были независимыми экспериментами.

Таков в целом "вариант для учительницы". Он не лишён изъянов. Вернувшись к концепции процентщицы и задавшись практически значимым вопросом "что делать?", мы в простейшем варианте можем получить аморальный и опасный ответ "бей первым". Впрочем, аналогичная интерпретация событий 1941 г. к такому, к счастью, не привела.

Возможна и другая крайность - "прохлопали, стало быть", с переходом к другим нежелательным выводам. Здесь следует заметить, что выбранный японцами сценарий начала войны был хоть и предполагаемым, но всё же неожиданным для многих. О том, как избежать такого, флотские по всему миру стали думать после русско-японской войны. И задача даже после этого оказалась трудной, что было доказано на Чёрном море в 1914 г.и на Тихом океане в 1941 г.

В конечном итоге "версия учительницы", помноженная на принцип процентщицы, снимает основные "обвинения" с нашего флота - вопрос о начале войны выходит за пределы компетенции флотского руководства. Если мысль эта кажется невыносимой, то можно попробовать утешиться так.

Потенциально угроза атаки противника существует всегда, более того - такой вариант рассматривался русскими адмиралами. В таком случае может помочь наличие резервов, находящихся за пределами вражеской досягаемости - это было - и готовый сценарий введения резервов в дело - этого не было. Иными словами, здесь мы вспоминаем известное обвинение - "не было плана войны". За это уже флот как бы можно ругать, но - утверждению единого плана применения флота в итоге сильно мешало учреждение на Дальнем Востоке наместничества. Наместник был главнокомандующим вооружёнными силами в пределах наместничества, и не был подотчётен ни перед ГМШ, ни даже перед морским министром. Цепочка снова выходит за пределы флотской ответственности.

Версия офицера

Эта версия предназначена для человека, который знаком с вопросом в целом, не обязательно хочет или может углубиться в детали, но при этом ему нужна "рационализация травмы" - иными словами, превращение поражения в урок. В этом случае наиболее полезной представляется такую интерпретация: "японцы победили потому, что, в отличие от русских, имели доктрину применения морской силы, стратегическую и тактическую".

Ключевой стратегический вопрос японцы решили в 1895 г. Тогда, при работе над новой кораблестроительной программой, была сформулирована главная задача японского флота - завоевание господства в прилегающих к Японии морях. Инструментом для решения задачи был выбран "сбалансированный флот" с полноценным линейным ядром, состоящим из первоклассных броненосцев.

Ответ на главный тактический вопрос того времени - о боевом строе - был получен на год раньше. Решением его японцы занялись ещё в 80-х, но окончательный выбор в пользу кильватера с командующим в голове сделали непосредственно перед началом японо-китайской войны, по итогам специально организованных манёвров.

В российском флоте такого не было. Идея завоевания господства на море не была основополагающей и общепринятой. Эскадренное сражение не было центральным элементом тактической подготовки - соответственно, не было общепринятых взглядов на ведение сражения.

Эта разница между русским и японским флотами непосредственно влияла на результаты сражений. На материальном уровне это привело к тому, что в состав наших эскадр входили корабли, не оптимизированные для эскадренного боя в открытом море. Соотношение сил оказывалось непропорционально числу кораблей, суммарному водоизмещению и, в конечном итоге, затраченным на строительство ресурсам.

Ещё более неприятными были последствия с точки зрения управления. На стратегическом уровне жто вело к тому, что задачи флота неоднократно переопределялись по ходу войны. При этом взгляды на достижимость решения задач у непосредственных командующих и высшего руководства существенно различались. В итоге давление со стороны вторых деморализовало первых. Страдало и качество планирования, и качество реализации.

На тактическом уровне тот же самый ключевой вопрос о боевом строе приходилось решать либо по ходу боя, либо перед самым его началом. Известная дискуссия на мостике "Цесаревича" между первой и второй фазами боя при Шантунге на исход сражения повлияла не сильно. А вот колебания Рожественского перед началом Цусимского сражения имели роковые последствия.

Манёвры, вызванные последовательной сменой идей о преимуществах строя кильватера и фронта закончились известным перестроением в завязке боя. Главным итогом было сближение с противником на дистанцию "решительного боя". Сближение это и сделало возможным разгром - при том, что выход на дистанцию в 4 500 м не входил, очевидно, в план самого Того.

Следует подчеркнуть: речь не о качестве конкретных решений, а об отсутствии единства мысли. Отдельные стратегические соображения Алексеева/Витгефта или Скрыдлова/Кладо, тактические задумки Витгефта и Рожественского как таковые зачастую были разумными - и, напротив, отдельные решения Ито, Того или Камимуры бывали спорными и попросту ошибочными.

Более того, сами доктринальные установки японцев не были бесспорными и всеобъемлющими. Собственно, штаб Витгефта получил возможность спокойно обсудить достоинства фронта и кильватера потому, что аналогичная дилемма возникла перед Того и его штабом. Т-тактика не принесла ожидаемых плодов - напротив, обернулась неприятной ситуацией. Оказавшись позади русских, и отказавшись от идеи атаковать наш арьергард, Того выбирал одно из двух решений: обогнать противника без огневого контакта, и возобновить бой только по достижении выгодной позиции, или рискнуть "прогнать "Микаса" через строй". Говорят, что сначала Того, по настоянию начальника штаба Симамуры, выбрал первый вариант - отсюда и длительный перерыв в бою - и лишь спустя два часа - решился на второй.

Однако единство мысли на стратегическом уровне вело к тому, что японские успехи связывались в причинно-следственную цепочку, а русские - нет. На тактическом уровне наличие доктринальных установок, закрепленных руководящими документами, давало большую уверенность в своих силах, снижало уровень стресса командующих.

Иными словами, для практика, для офицера русско-японская может - и, думаю, должна - в первую очередь был иллюстрацией принципа важности доктринальных установок. И если вопрос о важности тактических руководств в наши дни не возникает, то ценность общей теории морской силы осознаётся, полагаю, далеко не в полной мере.

Естественным образом может возникнуть вопрос о том, почему между русским и японским флотами была такая доктринальная разница? Я ответа на него не знаю, но могу отметить, что острота вопроса - кажущаяся. В то время идея о необходимости наличия закреплённой в руководящих документах тактической доктрины не то, что не была общепринятой - японцы оказались первыми, кто воплотил эту идею в полной мере. Вопросы о теории создания и применения морской силы только-только начали обсуждаться на серьёзном уровне, и, опять же, мало кто их успел разрешить удовлетворительным образом. Японцы на тот момент были, возможно, лучшими в этом деле. Что обуславливалось, во многом, молодостью японского флота и опытом войны в современных условиях. Да, здесь самое время обратиться к "принципу процентщицы".

Заключение

Представленные выше версии не претендуют на полноту, хотя и обладают, как мне кажется, серьёзной объяснительной силой, особенно если воспринимать их как дополняющие друг друга - и тесно связанные с причиной "номер 1". Они страдают от недостатка обличительного пафоса, не спорю. Многим это покажется недостатком - но я так не считаю.

Военная история - это сравнительная история по определению. Один победил - другой проиграл. И вопрос о "причинах" зависает между стульями - "причины победы" и "причины поражений", вообще говоря, должны совпадать. Однако в большинстве случаев этого не происходит, и ответы на вопрос о "причинах победы японцев" могут радикально отличаться от ответов на вопрос о "причинах поражения русских". Это неправильно - и в приведённых выше версиях я как раз попробовал дать ответы, отвечающие принципу совпадения причины. И в таком случае может оказаться, что это не мы были так плохи - а противник сделал что-то выдающееся.


Tags: русско-японская, теория
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Курица и бомба

    Всё больше философии. Предыдущая запись вызвала неожиданный - для меня - резонанс. Даже Алексей Валерьевич решил порадовать нас как всегда изящными…

  • О ненужности, дороговизне и рационе

    Прямое высказывание. "Ненужно" и "дорого" - ключевые слова дискуссии о флоте в континентальных державах вообще и России в…

  • Первая мировая за один вечер

    Наконец-то опрос! Как известно, адмирал Джон Джеллико, командовавший Гранд-Флитом в 1914-1916 гг., был " единственным человеком по обе стороны…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 135 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →

Recent Posts from This Journal

  • Курица и бомба

    Всё больше философии. Предыдущая запись вызвала неожиданный - для меня - резонанс. Даже Алексей Валерьевич решил порадовать нас как всегда изящными…

  • О ненужности, дороговизне и рационе

    Прямое высказывание. "Ненужно" и "дорого" - ключевые слова дискуссии о флоте в континентальных державах вообще и России в…

  • Первая мировая за один вечер

    Наконец-то опрос! Как известно, адмирал Джон Джеллико, командовавший Гранд-Флитом в 1914-1916 гг., был " единственным человеком по обе стороны…